Ирина Шачнева: Я БЫЛА САМОЙ ПОПУЛЯРНОЙ ЖЕНЩИНОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
Ирина БАРЫШЕВА
Журнал "Пульс", 1997 год

В начале семидесятых недавнему выпускнику консерватории Юрию Маликову пришла идея организовать ансамбль. Сам он работал в Москонцерте и однажды с большой группой артистов поехал в Японию. В то время такая поездка была большой редкостью и давала возможность привезти японскую технику, одеться-обуться. А Юра на все деньги, которые заработал за два месяца гастролей, купил не что-нибудь для себя и семьи, а профессиональную аппаратуру для будущего ансамбля. Причем, купил на свой страх и риск — «под идею», еще не зная, осуществится ли она.
— Я в 1971 году была юной девочкой, училась в Гнесинке. Однажды шла по улице и встретила Славу Добрынина, молодого мальчишку, который у Маликова играл на гитаре. (Они еще не работали как ансамбль, даже названия не было.) Он мне и сказал, что в коллектив нужна девчонка. На прослушивании долго пела на английском, так как все, в том числе и я, были больны «Битлз», потом на французском. Юра очень мягко и вежливо спросил: «Скажите, а вы не могли бы спеть что-то на русском?» Спела и была принята. Начались репетиции, подбор песен, с которыми нам очень помог замечательный композитор Марк Фрадкин. С его «Увезу тебя я в тундру» и начался отсчет нашего творческого времени как самостоятельного ВИА.

— А кто придумал такое «самоцветное» название?
— В прямом смысле — народ. Впервые нас услышали по радио в очень популярной передаче «С добрым утром!», как раз с песней «Увезу тебя...». Если помните, там есть такая строчка: «Сколько хочешь самоцветов мы с тобою соберем». В конце эфира Юрий Маликов объявил среди слушателей конкурс на лучшее название для новой группы. Пришло огромное количество писем и во многих из них предлагалось название «Самоцветы».

— Кто входил в состав тех первых «Самоцветов»?
— Юра Маликов — руководитель, я — Ирина Шачнева, Валя Дьяконов — красавец, блондин, любимец женского населения Советского Союза. Чуть позже пришли Юра Петерсон, Анатолий Могилевский, Сергей Березин. Юрий Генбачев, Геннадий Жарков. Именно в этом составе — а он не менялся пять лет! — спеты песни «Там, за облаками», «Не повторяется такое никогда», «Горлица», «Добрые приметы», «У деревни Крюково», «У нас, молодых», «Верба»... Мы были жутко популярны! Наверное, такого сейчас нет даже у Пугачевой и Киркорова. На гастролях давали по 2 — 3 концерта в день, собирая стадионы. И если на концерте сидели 10 тысяч человек, то после у служебного выхода примерно половина из них ждала нас, точнее Валю Дьяконова. Он пробирался какими-то черными ходами, но его все равно отслеживали — бросались на шею, пуговицы отрывали... Однажды он выскочил и тут же запрыгнул в машину, в которой уже сидела я, чтобы с места сразу же рвануть и уехать. Не тут-то было! Девочки подняли «Жугули» на руки и начали раскачивать. Представляете, сколько их было? Конечно, и мне доставалась моя доля поцелуев, обожания, цветов и подарков. Помню двух поклонниц, которые на каждый концерт приносили мне букеты из 99 цветов. Девочки заранее собирали деньги, которые им давали родители на завтраки в школе и на другие расходы, искали оранжерею, где розы или гвоздики стоили на 20 — 30 копеек дешевле, и все равно такой букет стоил безумно дорого. Сейчас, вспоминая те годы, понимаю, что я была, оказывается, самой популярной женщиной Советского Союза. Алла Пугачева тогда еще только начинала, ее мало кто знал. Я в своем роде являлась законодательницей моды: приеду на концерт в мини — завтра мои поклонницы стоят у входа в таких же. Пришла в каком-то модном пиджачке — у девчонок уже похожие. А сколько прав я отвоевала на сцене!..

— Что значит «отвоевала» и каких таких «прав»?
— В то время каждую программу прослушивал худсовет, состоящий из поэтов, композиторов, деятелей культуры. И почти на все, что мы делали, существовали запреты. С распущенными волосами на телеэкране появляться нельзя — я первая сделала такую прическу. Перед худсоветом меня уговаривали: «Ира, ну хоть заколкой немножко подколи!» Ни в коем случае исполнительнице нельзя на сцену в брюках — и опять же я первая вышла в брючном костюме. Для мужчин усы или борода — просто криминал! На сцене не полагалось двигаться, а я хоть и немножко, но пританцовывала. Порой доходило до смешного. Когда по радио звучала моя сольная песня, а ребята только аккомпанировали, диктор все равно объявлял: «Вы прослушали песню в исполнении ансамбля «Самоцветы». Неважно, что пел один только женский голос. Выделяться тоже было запрещено.

— Ира, а что произошло потом? На таком взлете — и вдруг раскол.
—Да глупость какая-то произошла, все по мелочам, ничего серьезного... Как я сейчас говорю, наши нынешние мозги да в то время — ничего бы не случилось. Все были молодые, не всегда нравилось то, что надо петь, хотелось других песен, на английском... Валя Дьяконов как-то опоздал на концерт, его поругали, мы «встали в позу». Ерунда полная, на нас смотрели как на идиотов: как можно бросить самый раскрученный коллектив страны, когда есть все — программа, гастроли, успех, имя!.. Факт, что мы ушли и назвались ансамблем «Пламя». В «Самоцветах» остался только сам Маликов. На популярное и раскрученное название он пригласил новых ребят, в том числе и Лену Преснякову. Им было проще, не пришлось начинать с нуля. Однако, хотя мы работали в «Самоцветах» пять лет, а они — пятнадцать, зрители помнят и любят нас именно как первые «Самоцветы», а не как «Пламя».

— Сейчас вы снова объединились под знаменами «Самоцветов» (первых). Кто выступает с вами?
— Нас трое: я, Валя Дьяконов и Виктор Аникиенко (он работал в «Пламени»). Дело в том, что прожив пятнадцать лет, «Пламя» тоже прекратило свое существование, и несколько лет мы находились как бы в подвешенном состоянии. Березин создал свой «Нескучный сад», Толя Могилевский давно уехал в Америку... И вот однажды позвонил наш Юра Маликов: «Ребята, нам же 25 лет! Давайте соберемся, отметим эту дату». Мы устроили грандиозный концерт в одном из клубов. Собрались все, кто когда-либо работал в «Самоцветах». Получилось очень мило, интересно, по-дружески.

— Итак, нынче выступают не одни «Самоцветы» — вы и другой, более поздний состав. Наверное, случаются накладки, мол, на афишах обещали «Самоцветы», а кто приехал?
— Со стороны организаторов никаких неясностей нет. Когда идут гастрольные переговоры, уточняется, какой именно состав едет. И тогда вспоминают: «А-а, это тот Валя Дьяконов, блондин? И Ирочка с распущенными волосами? Именно их нам и нужно». И со стороны зрителей тоже пока никакого недовольства не замечали. Наши зрители знают именно нас, подходят, знакомят со своими детьми, просят подписать именно те старые, черно-белые фотографии. Но не только люди среднего возраста слушают нас сегодня. Много молодежи приходит. Причем ребята и девочки так заводятся, что не только подпевают, но и танцуют. Я несколько раз спрашивала: «Откуда вы знаете эти песни, вас же тогда еще на свете не было?!» Отвечают: «Понятия не имеем откуда, но знаем!» Меня это просто поражает. Приятно сознавать, что мы до сих пор не утратили популярность, а песни наши все так же близки слушателям.

Ирина БАРЫШЕВА

Hosted by uCoz